Цукерберг vs США
как потерять Facebook и заставить всех тебя ненавидеть
Над Марком Цукербергом сгущаются тучи. И речь не о единичных случаях, кризисах или скандалах. Социальные сети уже обвиняли в манипулировании данными на выборах 2016 года, и миллиардеру пришлось каяться перед Сенатом США. Затем новые порции обвинений: недостаточная безопасность пользователей, поляризация контента, отказ от борьбы с насилием. К 2020 году соцсеть уже вовсю ненавидели консерваторы: по их мнению, борьба с “языком вражды” была актом политической цензуры, а блокировка аккаунта Трампа подвела закономерную черту и развела сеть с республиканской частью Америки. И вот бывший продакт-менеджер компании Фрэнсис Хоган, вооружившись внутренними исследованиями самого Facebook, в очередной раз перевернула игру.
Она дала интервью, в котором обвинила социальную сеть в атаке на демократию по всему миру, лицемерии и намеренному игнорированию страшнейших проблем: от подростковых суицидов до торговли людьми и поддержки коммунистического режима во Вьетнаме. Следом за этим (события, конечно, вряд ли связаны) случился катастрофический сбой в работе всех интернет-ресурсов. WhatsApp, Instagram и сам Facebook не работали несколько часов кряду. Вишенка на торте: совсем недавно 17 крупнейших изданий Соединенных Штатов опубликовали собственные расследования обо всех грехах корпорации на основе документов, предоставленных Хоган.
Цукерберг, ставший мишенью как для правых, так и для левых, открещивается от обвинений и планирует ребрендинг своих онлайн-владений. В американском обществе вновь разгорелась дискуссия о том, что такое социальные сети в современном мире и как их регулировать. А мы разобрались, что именно предъявляют Цукербергу и как этот скандал повлияет на будущее интернет-технологий.
2016: Точка невозврата
Что такое социальная сеть? Удобный инструмент общения или средство манипуляции? Частное или публичное? Есть ли у неё миссия? Если да, то как определить, что будет правильным для всех? Если раньше эти вопросы находили себе место на экспертных площадках и в отдельных эксцессах, то президентские выборы 2016 года в США изменили всё.
Два слова: Cambridge Analytica. Британская компания, занимавшаяся политическим консалтингом, приобрела поистине демонический флёр после победы Дональда Трампа. Почему? Она собирала данные десятков миллионов пользователей Facebook с помощью викторины “Это ваша цифровая жизнь”. Юзеры спокойно соглашались с условиями игры и делились всем: списком друзей, привычками, хобби, взглядами. В результате у политтехнологов появились все необходимые данные, чтобы смоделировать цифровые портреты потенциальных избирателей. А потом человеку показывали нужную, соответствующую именно его образу жизни, рекламу, мотивировавшую отдать голос за Донни.
После — кризис. Цукерберг заявляет, что такое манипулирование — непростительная ошибка. Он даёт показания в Сенате, где рассказывает, что немедленно примет меры. И действительно: вводятся новые стандарты политической рекламы. Постепенно к этому добавят алгоритмы, фиксирующие “хейтспич”, “дезинформацию” и “дискриминацию”.
Профили многих консервативных авторов по всему миру также окажутся заблокированы. А люди правых взглядов начнут обвинять корпорацию в цензуре, заглушении их голосов и намеренной поддержке демократов.
Пытаясь выйти сухим из воды и сохранить образ площадок, стоящих на страже интересов общества, Facebook, и Instagram, начнут всё сильнее ужесточать модерацию. В 2020 году это выльется в блокировку аккаунта президента Дональда Трампа. Впрочем, и это не помогло.
Facebook Papers
Фрэнсис Хоган пришла работать в Facebook, чтобы бороться с дезинформацией. А ушла, прихватив внутренние исследования компании. Женщина внезапно почувствовала, что работает на воплощённое зло, и дала интервью программе “60 минут”. Там она озвучила центральный для кампании против Facebook тезис: между прибылью и общественным благом техногигант всегда выбирает прибыль. Затем об этом же Хоган рассказала Сенату. Скоро сбежавшая сотрудница отправится в мировое турне, где будет рассказывать о преступлениях кровавого Цукерберга политикам и заинтересованным структурам.
На основе документов, предоставленных Хоган, 17 изданий выпустили расследования. Весь этот слив получил название “Досье Facebook”. Что внутри:
1) Компания способствовала бунту 6 января, когда сторонники Трампа взяли штурмом здание Капитолия в Вашингтоне.
Во время президентских выборов 2020 года Facebook ввёл существенные ограничения. Алгоритм выявлял сторонников конспирологических теорий, распознавал “дезинформацию” и вообще ограничивал любые призывы к каким-либо насильственным действиям. Вот только сразу после выборов эти меры отменили. И призывы свергать “укравшего выборы Байдена” шерились в геометрической прогрессии:
2) Корпорация модерирует только 5–6 процентов вредоносного контента.
Да, об этом тоже говорят сами исследователи Facebook в отчётах. Несмотря на то, что это всё равно наибольший процент регуляции контента в мире, его всё ещё “критически мало”. И если Штатам и Европе уделяется повышенное внимание, то остальным странам повезло меньше. А в некоторых государствах алгоритмы “Фейсбука” либо намеренно возбуждают ненависть (Индия), либо способствуют развитию этнических и религиозных конфликтов (Мьянма, Ирак).
3) Соцсеть использовали для торговли людьми. Из-за этого Facebook едва не удалили из App Store.
Помимо этого целый набор попутных этических обвинений: поляризующий контент, стимуляция вовлечения в посты за счёт сильных реакций (среди которых грусть и ненависть), поощрение стандартов красоты в Instagram, которое приводит к суицидам и депрессиям среди подростков, сокрытие информации от инвесторов и удаление оппозиционного контента во Вьетнаме.
На эти обвинения Марк Цукерберг ответил, что просто пытался соблюдать баланс между самыми разными социальными ценностями. Ведь и правда не всегда бывает просто понять, где свобода слова переходит во “вредоносный контент”.
Выжить и переродиться: что будет с Facebook дальше?
Усугубляет все эти обвинения одна незначительная деталь: в декабре 2020 Федеральная торговая комиссия США подала антимонопольный иск к компании. Летом 2021 года разбирательство прекратили, но государственные органы не сдались и вновь попытались заставить Facebook избавиться от части своих активов. Ведь корпорация поглощает любых конкурентов и занимает исключительное положение на рынке, влияя на умы и настроения людей. Очевидно, американскому правительству не может нравиться, что в руках одного человека собралось так много власти.
Вопрос о критическом значении социальной сети уже давно заботит многих игроков американского рынка — от политиков до активистов и просто политически ангажированных граждан. И то, что сейчас детище Цукерберга стало объектом нападок как правых, так и левых, не случайно.
Для одних он делает слишком много, для других — он делает недостаточно. Если раньше социальные сети пытались позиционировать себя как “нейтральные инструменты”, как “площадки”, то сейчас это невозможно. И это печальный симптом.
Нейтральность больше невозможна, современный мир слишком поляризуется и любые разговоры о том, что необходимо балансировать между различными типами социальных норм, оказываются бессмысленными. Возможно, это не Facebook способствует поляризации контента, а поляризация мнений и настроений отражается в Facebook.
Марк Цукерберг сейчас говорит о ребрендинге и переформатировании fb-империи. Он хочет видеть свои владения “метавселенной”. И даже предлагает перевести человеческий социум в воображаемую действительность. Предоставить каждому пользователю виртуальный аватар, позволить жить в интерактивной онлайн-жизни. Но этот футурологический взгляд натыкается на грубую действительность.
В ближайшее время нас ждёт изменение самого понятия о социальных сетях и их роли в нашей жизни. Изменение понятия нейтральности площадки и медиа. И, вероятнее всего, Facebook (а возможно, и многие другие сети) потеряют слишком много в этой борьбе.