В прошлом году игрозависимость уже предварительно признали болезнью. Но против проекта выступили крупные игровые корпорации (их индустрия пострадает) и южнокорейские эксперты (государства будут терпеть убытки, а в стране гейминг развит на максималках). И если это болезнь, то как её лечить? Ассамблея в Женеве закончится 28 мая, тогда всё и узнаем.
А ты киберспортсмен или пациент?