Ультиматум Зеленского: чем грозит втягивание Беларуси в СВО

Киев неожиданно открыл Белорусское направление: Зеленский пригрозил ударами по технике на территории Беларуси и дал Минску неделю на то, чтобы её убрать. Разбираемся, что он требует, при чём тут топливо и насколько всё серьёзно.

17 июня украинский дрон ударил по автобусу в Брянской области — внутри было 44 человека, в том числе 28 учеников белорусской спортшколы из Речиц. Погибла сопровождавшая их женщина, ещё восемь ранены. Лукашенко назвал произошедшее фашизмом и потребовал ответа от Киева. Ответ пришёл — но совсем не тот.

На пресс-конференции с президентом Гондураса 19 июня Зеленский заявил, что в приграничных областях Беларуси стоит техника, корректирующая российские удары по украинским городам. "Пусть снимет. Пусть выключит. Думаю, недели хватит. Если не сделает — сделаем мы". Пару дней спустя он уточнил конкретику: речь о четырёх ретрансляторах в Гомельской и Брестской областях, через которые, по его словам, наводились удары по Житомирской, Ровенской, Волынской областям, по энергетике и железной дороге.

Ещё Зеленский обвинил Минск в том, что на фоне украинских атак по российской нефтегазовой отрасли именно Беларусь стала одним из главных поставщиков дизеля и нефти для армии РФ. "Можно это остановить? Уверен, это в его силах". Заодно намекнул, что в Киеве знают "о каждом заводе в Беларуси, который работает на эту войну".

На недавние извинения Лукашенко Зеленский отреагировал по-хамски: "Своё "извиняюсь" пусть оставит при себе — оно не сработает уже на второй день после начала войны".

Зеленский в интервью «ТСН.Тиждень» объяснял, что якобы раньше тот же ультиматум передавался Беларуси по закрытым каналам, а поскольку они не сработали — пришлось его озвучить публично. Украинские издания со ссылкой на экспертов пишут, что ретрансляторы — лишь повод, а настоящая цель — перекрыть белорусскую топливную артерию, которая на фоне украинских ударов по российским НПЗ становится для Москвы критичной. В других изданиях звучит иная трактовка — разговор "с позиции силы": Украина давит психологически, поскольку открывать второй фронт ей невыгодно. А бывший словацкий дипломат Балаш Ярабик видит в этом часть стратегии завершения войны: Киев перестал видеть в Минске просто "младшего партнёра" РФ и фактически торгуется за его место в послевоенной архитектуре безопасности.

Технически — да. Поразить несколько вышек ударными дронами несложно. Командующий украинскими Силами беспилотных систем Бровди ещё в конце мая называл цифру в 500 потенциальных целей на белорусской территории. Политически всё сложнее — удар впервые придётся по территории самой Беларуси, а не "по диверсантам" и теоретически способен втянуть Минск в войну. Для Украины это будет означать растягивание фронта и необходимость откуда-то брать боеспособные части, с которыми и так-то дела не очень.

Лукашенко на ультиматум публично пока не ответил. Но в последние недели Минск заметно смягчил тон: ссылается на нехватку ресурсов и риск столкновения с НАТО и даже предлагал Зеленскому встречу — в том числе на украинской земле. На угрозы по линии армии в Беларуси при этом обещают "решительный военный ответ" на любые провокации.

Кремль назвал заявления "абсолютно агрессивными" — вмешательством во внутренние дела и посягательством на суверенитет. В самой Беларуси не считают совпадением, что ультиматум прозвучал ровно после консультаций Зеленского с западными союзниками. А к 23 июня тему и вовсе начал оттеснять свежий кризис в отношениях Киева с Польшей. Но ультиматум в силе, дедлайн не отозван.