Рамэн
для Цербера

Пролог

14 августа 1945 года в 12:00 по Токио японское радио передало сообщение императора Хирохито: подданные впервые услышали голос своего монарха, когда тот зачитывал объявление о капитуляции Японии. В сентябре того же года император встретился с американским генералом Дугласом Макартуром, командующим союзными оккупационными властями.

8 августа 1951 года в Токио в семье Осии появился на свет ребёнок, которого назовут Мамору. Мальчик вырастет и станет знаменитым режиссёром кино и аниме, ничуть не менее известным, чем тот же Миядзаки. Отец будет часто брать его с собой в кинотеатр, чем привьёт сыну вкус к кинематографу.

Когда Мамору Осии было 11 лет, на другом конце земного шара американский писатель-фантаст Филип Дик выпустил свой знаменитый роман в жанре альтернативной истории «Человек в высоком замке». В 1965 году книга выйдет в Японии — страна тогда была охвачена многочисленными митингами студентов, выступавших против американской гегемонии. Пройдёт совсем немного времени, и к этим протестам присоединится старшеклассник Осии.

В 80-х окончательно разочаровавшийся в японских «новых левых» и работающий в аниме-индустрии Осии соглашается помочь своему коллеге-актёру и снять для него шуточную «визитку». Текст превращается в аудио, аудио — в фильм, потом в два фильма, мангу, всемирно известное аниме, ремейк этого аниме от корейского режиссёра и многое, многое другое.

Так на свет появилась франшиза, почти не известная вне Японии. Представленный в виде альтернативной истории, в которой японские острова захватила Германия, срез общества эпохи радикальных перемен: когда менялись люди, города и, как казалось, сама цивилизация.

Это история «Саги о Церберах» — безумного сплава водевильной комедии, личных переживаний, бронекостюмов с красными глазами, бассет-хаундов, левых террористов, культурного слома и лапши. Очень много лапши.

Глава I:

Сага, которой 
не было

путь героя

Своё начало сага о политических заговорах, альтернативной истории и бронекостюмах берёт в весьма неожиданном месте — в комедийном аниме Urusei Yatsura или «Несносные пришельцы», которое вышло на японском ТВ в начале 80-х.

В 1977 году молодой и безработный Мамору Осии попал на работу в Tatsunoko Production. Устраиваться он пришёл почти без опыта, буквально по объявлению с улицы, которое увидел на телефонном столбе. В стране как раз начинался бум аниме, так что студиям требовались рабочие руки — рисовать нужно было много, часто и желательно быстро.

«Помню, как впервые встретился с режиссёром аниме. Это был
молодой, плохо одетый человек: на нём были хлопковые штаны, футболка и сандалии. Я подумал: «Ну, похоже, я тоже смогу с этим справиться»,

— Мамору Осии, Animage, 1983.

Осии вырос до режиссёра за три месяца, а его наставником стал ветеран анимации Хисаюки Ториуми. Верность учителю была сильнее корпоративной этики, так что когда Ториуми пригласил своего способного падавана в новую студию Pierrot, тот без раздумий согласился. Сперва Осии трудился над аниме-адаптацией «Удивительного путешествия Нильса с дикими гусями», а вскоре возглавил производство Urusei Yatsura — экранизацию популярной романтической манги, в которой смешались любовь, юмор и демоны-инопланетяне.

«Чудесное путешествие Нильса», 1981 год. Осии выступил здесь в роли режиссёра ряда эпизодов

«Несносные пришельцы» открыли для будущего автора «Призрака в доспехах» дорогу в высшую лигу, а также помогли обзавестись множеством полезных знакомств — со многими из этих людей Осии затем работал уже на своих персональных проектах. Среди них были сценарист и художник Кадзунори Ито (Ghost in the Shell, Patlabor), а также актёр озвучания Сигэру Тиба (One Piece, JoJo’s Bizarre Adventure, Dorohedoro) — последний и стал катализатором всех дальнейших событий.

Постер Urusei Yatsura 2: Beautiful Dreamer — второго полнометражного фильма о приключениях Лам и её друзей

Красные очки

Следует сразу сказать, что никакую «Сагу»
с большой буквы никто тогда, в 80-е, создавать
не собирался. Тиба обратился 
к Осии с простой
просьбой: написать для него «визитку»,
своеобразную рекламу для его фан-клуба. Пара
строчек под влиянием Осии и Ито быстро
превратилась в полноценную радиодраму,
а вскоре после этого в фильм: ведь фанатам
явно будет интереснее смотреть на своего
кумира, чем просто слышать его, не так ли?
Вместе с этим выросли и затраты
на производство: режиссёр выбил себе
35-миллиметровый полный метр, а заодно
и бюджет в ¥ 25 000 000, что больше чем в два раза
превышало запланированную сумму. Делать было нечего: искусство требовало жертв, так что Тиба... заложил свой дом.

Концепция их совместного проекта тоже претерпела радикальные изменения. Дело в том, что Сатоши, персонаж из «Пришельцев», которого и озвучивал Тиба, в одном из эпизодов собирал себе боевой костюм. Опираясь на это, изначально хотели снимать пародию на фильмы в жанре токусацу с костюмированным супергероем, который побеждает инопланетных монстров, — что-то вроде популярного тогда в Японии сериала Super Sentai или более известных у нас «Могучих рейнджеров». Например, история могла бы рассказывать об отставном «супере», в роли которого выступил бы наш селебрити... В итоге действие перенеслось в тоталитарную Японию недалёкого будущего, а отставной «могучий рейнджер» превратился в члена опального спецотряда в бегах.

Костюм персонажа Тибы из Urusei Yatsura. Он, кстати, носит в сериале кличку Megane, т. е. «Очки»

От прошлых планов остался разве что бронекостюм, да и тот изменился до неузнаваемости. Художник Ютака Идзубути, изучавший немецкую технику и европейскую рыцарскую броню, превратил мультяшный дизайн из Urusei Yatsura в пугающий, но запоминающийся образ, ставший визитной карточкой всей серии на годы вперёд. Фильм получил название «Красные очки» — как два красных окуляра бронекостюма, светящихся во тьме.

Постеры «Красных очков». Ожидавшие боевика с бронекостюмами зрители ещё никогда так не ошибались

Кинопроба

О том, как снимать игровое кино, Осии на тот момент имел весьма смутное представление, а профессионал с релевантным опытом в команде был всего один — оператор Ёсукэ Мамия, тогда как остальные члены группы без пяти минут вчера закончили свою учёбу. Денег на декорации особо не было, так что пришлось искать подходящую натуру, а из-за расписания Тибы съёмочный процесс по большей части проходил ночью. Поскольку в своей основе это всё ещё был «театр одного актёра», то весь фильм выстроили вокруг главного героя: если его не было в кадре, то нужно было придумать причину, чтобы он там поскорее появился.

Промофото фильма «Красные очки».

Обратите внимание на вмонтированный 

в броню калькулятор Casio HS-8. Несмотря
на всю кустарность, над костюмом работал один из ветеранов японской киноиндустрии — Фуюки Синада, приложивший руку к ряду фильмов о Годзилле

Формально, в «Красных очках» происходит вот что. Персонаж Тибы по имени Коити Тодомэ служил в спецназе, который японское правительство создало для борьбы с резко возросшей преступностью. Из-за жёстких методов работы, которыми славились эти господа в броне и с красными глазами, подразделение решили распустить. Те распускаться отказались и устроили мятеж, в результате которого выжившим спецназовцам пришлось бежать из страны. Один из них спустя три года возвращается на родину, где за ним охотятся местные силовики. Тот самый бронекостюм, собранный на коленке «из того, что было», включая калькулятор, демонстрировался во всех трейлерах, на всех постерах и вообще в любых промоматериалах. И лишь в кинотеатре можно было узнать правду: символ фильма и всей грядущей франшизы на экране появлялся всего дважды. Минут на десять.

Большую часть бюджета потратили на первые минуты фильма — ту самую перестрелку в бронекюстюмах, которой и рекламировали картину

Поклонник французской новой волны, Годара и Мельвиля, Осии снял сюрреалистичный гибрид меланхоличного нуара и водевильной комедии, почти целиком чёрно-белый фильм, где на фоне безлюдного Токио звучит музыка Кэндзи Каваи — с будущим автором саундтрека для почти всех своих фильмов режиссёр тоже познакомился именно тогда.

А вот как фильм выглядел на самом деле. Музыка Кэндзи Каваи прилагается

«Осии показался мне приятным и искренним человеком. Он гений, буквально. Будто на другом уровне реальности, он по-другому мыслит. Может, это прозвучит немного грубо, но Осии, что называется, «интересный тип»,

— Кэндзи Каваи, Kinema Junpo, 1993

В «Красных очках» персонажи цитируют «Капитанскую дочку» Пушкина, а за главным героем охотится загримированная банда киллеров-мимов. В этом мире по городу развешены портреты загадочной женщины в красном, а традиционный японский фастфуд объявлен вне закона. Лапша соба теперь в глубоком андеграунде, и вход в такие забегаловки есть только у «своих». Запомните этот момент — как бы странно это ни звучало, подпольные лапшичные играют в этой истории большую роль, и мы к ним ещё вернёмся.

Андеграунд не помешал Осии оказать влияние на коллег по цеху. Отсылки к «Красным очкам», например, делал Миядзаки в «Порко Россо»

В своём первом игровом фильме, как во всей появившейся затем «Саге о Церберах», Осии в различных формах пытался осмыслить переживания своей юности, а именно многочисленные студенческие протесты, охватившие послевоенную Японию. В свои студенческие годы будущий режиссёр принимал активное участие в молодом японском левом движении, в котором он позже столь же сокрушительно разочаровался.

«Человек в высоком замке» à la аниме родился на улицах бушующего Токио.

Глава II:

Хиты эпохи Сёва

В объятиях победителя

«Я сформировался как личность примерно во время демонстраций Анпо в 1960 году. В конце концов, я помню время, когда NHK впервые вышли в эфир... Я был полон мечтаний о будущем и о том, что нас «точно ждут хорошие времена». Но это длилось лишь мгновение»,

—  Мамору Осии, интервью Production I. G, 2006

Май 1952 года в Токио

Послевоенная история Японии «официально» началась в 1951 году, когда был подписан Сан‑Францисский мирный договор — документ о прекращении состояния войны между Токио и 48 другими странами. Тогда же на свет появился и американо-японский Договор о безопасности, который вступил в силу в апреле следующего, 1952-го года. Ещё до его подписания американская сторона заявляла, что документ этот носит временный характер и, как только Япония восстановится, его заменят полноценной системой коллективной безопасности в обмен на формальное окончание оккупации.

1 мая 1952 года, протесты в Токио

Спустя несколько дней после подписания документа в стране вспыхнули массовые протесты, которые позже назовут «Кровавым первомаем». Против договора, который оставлял на японской территории базы США, по сути, закреплял за Штатами Окинаву и разрешал американским силам подавлять в стране беспорядки, вышло более 300 000 человек в одном только Токио. Всё началось мирно: люди пели песни и выступали с танцами на сцене. Но очень быстро ситуация вышла из-под контроля.

Группа молодых коммунистов и представителей левого студенчества предложила пойти на закрытую для митингов площадь перед императорским дворцом, что без проблем и удалось. Прибывшая на место полиция потребовала от протестующих разойтись — те отказались, и пролилась кровь. Собравшиеся переворачивали принадлежащие американским компаниям машины, выкрикивали лозунги «Янки, валите домой» и забрасывали полицию камнями и иногда даже «молотовыми». В результате жестокой борьбы, которая закончилась полицейскими выстрелами в сторону толпы, было арестовано 1232 человека, из которых 261 предстал перед судом по обвинению в подстрекательстве к мятежу. Судебные процессы по делу о «Кровавом первомае» затянулись до семидесятых годов. По итогам погибло двое протестующих и ещё порядка 1500 митингующих и 800 сотрудников токийской полиции получили ранения разной степени тяжести. Как оказалось, это был лишь первой эпизод в истории уличного насилия в Японии прошлого века.

Сожжённые протестующими машины

Уличная война

Годы шли, и жизнь в стране постепенно становилась лучше — уже в 1956 году японское правительство официально объявило о том, что «послевоенный период» закончился, а три года спустя Токио даже выбрали местом проведения Олимпиады-64. При этом социальное напряжение никуда не делось: правые и левые воевали друг с другом за будущее Японии. Параллельно в обществе шли дискуссии о возможном восстановлении японской армии, а также об отношениях с Соединёнными Штатами. Против показавшегося на горизонте обновлённого американо-японского соглашения, которое на японском называлось Anzen Hoshō Jōyaku или просто ANPO, левая оппозиция стала объединяться ещё в 1959-м. В итоге в стране появилась сильная коалиция, включавшая в себя партии, профсоюзы и основанную ещё в 1948-м лигу студенческих ассоциаций университетов Дзэнгакурэн.

Так что когда в январе 1960-го японский премьер Нобусукэ Киси отправился в Вашингтон на ратификацию нового договора, бомба народного гнева была уже готова — достаточно сказать, что в день его предполагаемого вылета в США сотни студентов ворвались в аэропорт, чтобы этому помешать. Соглашение в итоге оказалось мягче, чем его 1951-версия, однако всё равно спровоцировало новую волну протестов по всей стране, в которых принимали участие миллионы человек. Митингующие устраивали стачки на работе, регулярно штурмовали здание парламента страны и даже сорвали визит в Японию американского президента Эйзенхауэра.

Визит Эйзенхауэра в Японию готовил пресс-секретарь Джеймс Хагерти. Его машину окружили протестующие — полиции пришлось использовать вертолёт. Эти события были обыграны и в манге о Церберах. Здесь и далее используется фанатский перевод манги на английский язык

15 июня 1960 года в ходе одной из акций погибла активистка Митико Канба, чья смерть стоила премьеру Киси его кресла. Сорвать подписание договора левым не удалось, однако это вовсе не означало конец уличной активности: грядущие полтора десятилетия стали для японского общества крайне непростым временем.

18 июня 1960 года. Токийская полиция по борьбе с беспорядками задерживает студента, участвовавшего в демонстрации за возвращение Окинавы и расторжение Договора о безопасности между США и Японией

Протесты японской левой молодёжи вновь вспыхнули с началом войны во Вьетнаме. Когда в октябре 1967-го премьер Эйсаку Сато вознамерился посетить проамериканский Южный Вьетнам, студенты, как и семью годами ранее, перекрыли аэропорт. Тогда погиб 18-летний Хироаки Ямадзаки, а сотни протестующих и полицейских получили ранения. С разницей в несколько лет в стране произошли и другие волнения: например, многотысячный бунт в Синдзюку в 68-м, выступления против американского присутствия на Окинаве в 69-м, а также регулярные захваты учащимися корпусов университетов с последующим штурмом их полицией.

В одном из таких протестов даже косвенно поучаствовал Юкио Мисима. Он не только выступил на дебатах с левыми студентами в Токийском университете, но и поддерживал с ними связь во время протестных выступлений. После того как в январе 1969-го полицейский спецназ количеством 8000 человек спустя 11 часов осады смог разогнать забаррикадировавшихся в кампусах активистов, знаменитый правый писатель... раскритиковал митингующих за «страх умереть во имя дела». Спустя год сам Мисима организует восстание своего «Общества щита», в ходе которого призовёт к возвращению императорской власти. Консервативная революция обернётся провалом, а сам он уйдёт из жизни через сэппуку*.

Полиция готовится штурмовать Токийский университет, 1969 год

Культура наносит ответный удар

Происходящие события привлекли внимание японских творческих кругов — и участие людей культуры не ограничивалось одним лишь Мисимой. Новое время требовало нового языка самовыражения, который искали художники, музыканты и режиссёры. Спустя несколько дней после гибели Митико Канбы прошла гротескная акция неодадаистов под названием «Память об Анпо», а в сентябре 1964 года появился журнал андеграунд-манги Garo, быстро ставший популярным среди японской молодёжи.

Авангардные художники Масузава Кинпей и Ёсимура Масунобу рекламируют третью Neo-Dada в Токио, 1960 год

Родившегося в 1951-м Мамору Осии бунты настигли в старшей школе. Гибель Хироаки Ямадзаки случилась неподалёку от его дома. Он стал распространять листовки и постеры, а также участвовал, например, в протестах в Синдзюку. После одной из таких акций полиция пришла к Осии домой с целью провести с будущим режиссёром воспитательную беседу, по результатам которой семья отправила юношу «в ссылку», дабы тот пожил вне города и слегка остыл. Вскоре он и сам окончательно разочаровался в левом движении, которое к началу 70-х годов раскололось, а часть активистов и вовсе встала на путь террора и насилия, с которым Осии не хотел иметь ничего общего.

Журнал экспериментальной манги Garo

«Я разочарован в революции, я в неё больше не верю... Когда у людей есть революционные фантазии, то они их придерживаются. Но, думаю, революции у человечества не получаются»,

— Мамору Осии, Thus Spoke Tachiguishi, 2006.

Тем не менее сами события послевоенных десятилетий прошли сквозь всё творчество режиссёра красной нитью и стали центральной темой для его главной и самой личной работы — той самой Kerberos Saga. На бушующих улицах он встречался с разгонявшими толпу полицейскими из подразделения по борьбе с массовыми беспорядками, которое затем станет прототипом бронеотряда «Цербер». «Сага» стала для Осии творческой лабораторией, в которой он смог отрефлексировать как события своей жизни, так и историю Японии: протесты, появление левых радикалов и иностранную оккупацию. С той лишь разницей, что для своей вселенной он в определённый момент придумал альтернативную временную линию.

В мире Осии японцы читают Rotkäppchen, бунты разгоняют при помощи Mg-42, а студенты срывают визит в страну глав оккупационной администрации из Берлина.

Глава III:

Стая против радикалов

Тайваньская меланхолия

Несмотря на то, что «Красные очки» очень сложно было назвать коммерчески успешным фильмом, картина привлекла к себе внимание — не в последнюю очередь благодаря бронекостюму за авторством Идзубути. Вопреки всему, и в первую очередь логике капитализма, Осии получил деньги на ещё один фильм. Правда, продюсеры поставили условие: много не дадим, так что снимать придётся там, где будет дешевле. Дешевле оказалось на Тайване, куда и отправилась съёмочная группа.

Сказать, что съёмки проходили тяжело, значит не сказать ничего. Команда Осии страдала от невыносимой жары, тайфунов и регулярных проблем с пищеварением. Изначально главного героя должен был снова сыграть Сигэру Тиба, но у того возникли сложности с рабочим графиком, так что сценарий пришлось переписать. Прямо на ходу. Фильм превратился в приквел, а в центре повествования оказался другой член бронеотряда — Инуи, уехавший из Японии после провалившегося мятежа на Тайвань.

Имя главного героя буквально означает «собака», и «собачьей» темой проникнуто всё в фильме. Здесь, например, персонажи дерутся в пыли, прямо как... собаки, собственно

Тесные улочки и пустынные пляжи стали полноценными героями. Приличная часть хронометража этой наполненной летней меланхолией картины посвящена неспешным прогулкам по прибрежным городам под медитативную музыку Кэндзи Каваи, который вернулся к своей роли композитора. Долгие городские планы впоследствии станут одной из визитных карточек стиля Осии: достаточно вспомнить похожую интерлюдию из его же «Призрака в доспехах». Что же до бронекостюма, то он опять появлялся в фильме дважды — в открывающей сцене и в финальной перестрелке, на которую и ушёл основной бюджет. Завершающую главу доснимали в Гонконге. В других странах приносить на площадку реальные пушки запрещалось, но на родине тех самых гонконгских боевиков с этим не было никаких проблем. Как и «Красные очки», «Бродячий пёс» пусть и не стал коммерческим хитом, но смог привлечь достаточное внимание как к самому режиссёру, так и к его авторской вселенной.

Рекламировался фильм, как и «Красные очки», за счёт бронекостюмов. В этот раз с их участием даже есть полноценная перестрелка!

Дизайн брони заметили в одном издательстве и предложили Осии развить свою идею в полноценную франшизу. Он согласился, и так на свет появилась манга Kenrō Densetsu. В серии комиксов, которая с некоторыми перерывами выходила с 1988-го вплоть до середины нулевых годов, режиссёр смог, наконец, развернуться в полную силу, без оглядки на бюджеты и ограничения экранного времени.

Оригинальные и американская версии обложек манги

В манге, посвящённой рабочим будням бронеотряда столичной полиции «Цербер», были все так любимые Осии темы: политика, разговоры о собаках и сложные взаимоотношения между различными силовыми ведомствами. Серия выполнена в виде отдельных эпизодов-новелл, связанных общим сквозным сюжетом. За спинами бронеотряда зреет заговор с участием их «коллег» из разведки и других полицейских департаментов, который должен привести к упомянутому в «Очках» бунту и уничтожению «псов», как их называют другие подразделения. Сами «церберы», и ранее отличавшиеся склонностью решать проблемы пулемётной очередью, тоже всё сильнее радикализируются. В чём-то похожую историю, наполненную размышлениями о роли послевоенной Японии в мире, Осии через пять лет расскажет во второй серии полнометражного аниме Patlabor, который станет одним из самых успешных фильмов в его карьере.

Одним из ключевых событий в мире всей «Саги» стало восстание членов бронеотряда. Этот сюжет отсылает нас к реальной японской истории — в феврале 1936 года группа офицеров попыталась совершить в стране госпереворот

В интересах революции

Манга изобилует образами и отсылками к реальной Японии. «Церберы» противостоят террористической организации «Секта», в которой угадывается собирательный образ нескольких леворадикальных японских группировок родом из 70-х. Дело в том, что пока в ФРГ действовало первое поколение RAF, на японских островах уже была своя «Фракция красной армии».

В марте 1970 года эти люди захватили пассажирский самолёт, выполнявший рейс Токио — Фукуока и потребовали доставить их на Кубу, где они хотели обучиться военному делу. Топлива на такой перелёт не было, так что в итоге борт сел в Пхеньяне, где угонщикам предоставили политическое убежище — заложников они предварительно отпустили. Позднее «армейцы» ещё дважды захватывали самолёты — в 1973 и 1977 годах. Впоследствии «Фракция» разделилась на несколько отдельных организаций, самыми известными из которых стали «Объединённая красная армия» Цунэо Мори и «Красная армия Японии» Фусако Сигэнобу.

Газетная статья о захвате самолёта и интерпретация этого события в манге

Мори хотел сделать из своих подопечных безжалостных солдат будущей революции, так что в организации поддерживались не просто жёсткие, а безжалостные порядки. В группе практиковалась так называемая «самокритика», сопровождавшаяся насилием, а несогласных с издевательствами оставляли голышом на холоде на долгие часы. К 1972 году от пыток скончалось 12 членов группировки, а ещё двоих человек, пытавшихся сбежать, расстреляли по приказу руководства. Правоохранители вышли на след «Объединённой красной армии» — Мори был арестован и позже повесился* в тюремной камере, а ещё девять его сообщников смогли сбежать. Четырёх из них схватили на железнодорожной станции при попытке купить еды, а оставшиеся пятеро забаррикадировались в горном пансионате «Асама-Сансо». Штурм этой туристической крепости занял у полиции 10 часов 40 минут и вынудил использовать машину для подачи бейсбольных мячей, в которую зарядили камни, — такой обстрел мешал террористам заснуть. Всё происходило под объективами камер: операция против «Объединённой красной армии» стала первым телемарафоном в истории Японии, а рейтинги трансляции в пиковые моменты превышали 89%.

Полиция у захваченного пансионата "Асамо-Сансо"

Мори хотел сделать из своих подопечных
безжалостных солдат будущей революции, так что
в организации поддерживались не просто жёсткие,
а безжалостные порядки. В группе практиковалась
так называемая «самокритика», сопровождавшаяся
насилием, а несогласных с издевательствами
оставляли голышом на холоде на долгие часы.
К 1972 году от пыток скончалось 12 членов
группировки, а ещё двоих человек, пытавшихся
сбежать, расстреляли по приказу руководства.
Правоохранители вышли на след «Объединённой
красной армии» — Мори был арестован и позже
повесился* в тюремной камере, а ещё девять его
сообщников смогли сбежать. Четырёх из них
схватили на железнодорожной станции при попытке купить еды, а оставшиеся пятеро забаррикадировались в горном пансионате «Асама-Сансо». Штурм этой туристической крепости занял у полиции 10 часов 40 минут и вынудил использовать машину для подачи бейсбольных мячей, в которую зарядили камни, — такой обстрел мешал террористам заснуть. Всё происходило под объективами камер: операция против «Объединённой красной армии» стала первым телемарафоном в истории Японии, а рейтинги трансляции в пиковые моменты превышали 89%.

Аэропорт Лод после теракта 30 мая 1972 года

В период с начала 70-х и до конца 80-х годов «Красная армия Японии» совершила ещё ряд терактов: захват парома с заложниками в Сингапуре и захват посольства Японии в Кувейте в 1974-м, стрельба в стамбульском аэропорту имени Ататюрка в 1976-м, захват самолёта Malaysian Airline System с последующей гибелью как террористов, так и пассажиров, а также многочисленные обстрелы посольств различных стран. Фусако Сигэнобу задержали в 2000 году — она провела в тюрьме более 20 лет и вышла на свободу 28 мая 2022 года.

Фусако Сигэнобу в 2000 году

В нашей реальности японские леворадикалы окончательно развалились к началу 90-х годов: террористов арестовали или уничтожили, остальные же либо ушли в глубокое подполье и там исчезли, либо просто «разошлись по домам». В мире Kenrō Densetsu против них пришлось применять тяжеловооружённый спецназ, члены которого и сами затем вышли из-под контроля правительства.

Сложная авторская вселенная Мамору Осии,
несмотря на два фильма и мангу, долго
оставалась в андеграунде — режиссёр отчасти
переключился на другие проекты, а выход
комиксов был приостановлен на неопределённое
время. Так было до 1999 года, когда «Сага о Церберах» получила себе в обойму тот самый культурный снаряд, благодаря которому о ней знают и сегодня даже те, кто никогда не слышал о других частях франшизы.

Сигэнобу в Ливане, 1972 год

На сломе тысячелетий на экраны вышло полнометражное аниме Jin-Roh.

Глава IV:

Токийский декаданс

Волки идут к успеху

Первая половина 90-х годов, казалось бы, стала для Осии золотым временем. В 1993 году выходит вторая часть Patlabor, а спустя два года он выпускает на экраны «Призрака в доспехах» — аниме, которое навсегда изменило мир. За кулисами же все было несколько сложнее.

Когда Осии пришёл в суши-бар на переговоры с продюсером компании Bandai Visual, то принёс с собой сценарий аниме по мотивам своей манги о «церберах» и, ожидаемо, получил отказ. Проект посчитали слишком рискованным, предложили режиссёру сперва экранизировать популярную мангу о приключениях Мотоко Кусанаги и пообещали что-то в духе «а дальше посмотрим». «Призрак» выстрелил и стал классикой, но... экранизировать Kerberos Saga у её создателя так и не вышло. Во всяком случае, в этот раз ему не удалось занять режиссёрское кресло. Почему автору не дали самому заняться своим же проектом? Однозначного ответа нет и сегодня, спустя вот уже четверть века. Официальная версия в двух словах гласит: «Господин режиссёр был слишком занят другими проектами и вообще устал». От предложения снять сериал тоже отказались, остановившись на полном метре. Как бы то ни было, работа на студии закипела.

Jin-Roh в процессе создания. Ещё не готовое аниме, но уже близко

Студия предложила возглавить производство выдающемуся аниматору, который работал над GitS и Patlabor, а именно Хироюки Окиуре. Визуальное и техническое совершенство этих фильмов — во многом его заслуга. Сценарий предложили написать Кадзунори Ито, ещё одному давнему члену команды Осии, но тот отказался, едва услышав о Kerberos: в памяти ещё были живы воспоминания о бессонных холодных ночах и хаосе, в котором проходили съёмки «Красных очков». Историю всё же отдали на откуп Осии, но здесь возникло неожиданное препятствие, ведь молодой режиссёр решил поставить мэтру свои условия.

Просто экранизировать мангу Окиуре было неинтересно, так что сценарий должен был быть оригинальным и концентрироваться на взаимоотношениях конкретных персонажей вместо истории всего отряда. И Осии согласился, хоть и с некоторыми компромиссами: завязка сюжета, пусть и формально, всё же базировалась на манге. А ещё из сценария убрали длинную сцену разговора о собаках, которая показалась режиссёру «ужасающей». Осии, заядлый собачник, везде добавляющий своих любимых бассетов, должно быть, очень расстроился.

Оригинальный трейлер. За музыку на этот раз отвечал виолончелист и композитор Хадзимэ Мидзогути. Его женой, кстати, тогда была легендарная Ёко Канно, подарившая миру саундтреки к Cowboy Bebop, Ghost in the Shell: SAC и множеству других аниме

У команды, состоявшей как из ветеранов, так и новичков индустрии, на производство фильма ушло почти три года. Jin-Roh стал последним проектом компании Production I. G, выполненным по классической, ручной технологии анимации, и после выхода «Оборотней» студия окончательно перешла на цифру. 450 уникальных цветов в палитре, бессонные ночи аниматоров и сотни листов раскадровок. Результат того стоил, и аниме смотрится великолепно даже спустя четверть века.

В центре сюжета «Оборотней» история члена бронеотряда Кадзуки Фусэ. Во время очередного задания на его глазах, отказываясь сдаться полиции, подрывается* террористка из «Секты». Произошедшее не только ставит под удар подразделение, которое не смогло помешать бомбистам, но и психически травмирует самого бойца. Спустя некоторое время Фусэ встречает, как ему тогда кажется, случайно, сестру погибшей. На фоне перевёрнутой сказки о Волке и Красной Шапочке разворачивается политический триллер — не будем забывать, кто отвечал за сценарий.

Как это было: артбук Jin-Roh: Behind the Screen

Помимо главных героев, в Jin-Roh был ещё один полноценный, важнейший персонаж — сама эпоха. Окиура моложе Осии на пятнадцать лет, и политико-социальная подоплёка истории его не сильно привлекала, ведь он был человеком уже другого поколения. Этим он отличался от отца франшизы, для которого время и место имели ничуть не меньшее, а то и большее значение, чем сами действующие лица. Мир «Оборотней», написанный Осии, пронизан его рефлексией на тему собственной «революционной» юности и переживаниями о стране, стремительно меняющейся под чужим влиянием. Менялось всё: люди, их привычки, и даже сам облик городов.

«Токио — очень странное место, здесь всё постоянно меняется. 

То, что было раньше, теперь исчезло. Это больше не мой город. Я родился и вырос в Токио, я работаю там, но сегодня я не могу
назвать его «родным»,

— Мамору Осии, Tiff, 2014.

Действие аниме разворачивается в 50-х годах, времени стремительных и радикальных перемен во всём, включая облик японских городов

Jin-Roh ждал успех. Как вспоминал ведущий аниматор и дизайнер персонажей Тэцуя Нисио (Naruto, Evangelion, Ghost in the Shell), на премьеру выстроилась целая очередь, а после у фильма было мировое турне и даже показ на Берлинском кинофестивале. «Оборотни» и сегодня остаются самым узнаваемым и даже, пожалуй, единственным известным широкому зрителю элементом всей «Саги о Церберах».

В артбуке Нисио не только оставил множество забавных иллюстраций, но и детали внутренней кухни студии. Например, он рассказал о вечеринке после премьеры Jin-Roh, на которой один из сотрудников перебрал с алкоголем** и не успел на метро.

Главный же вопрос, который остался у многих ещё тогда: откуда во вселенной аниме так много отсылок к Германии? Почему в открывающих псевдодокументальных сценах мелькают немецкие солдаты, полицейские вооружены немецким оружием и зачем персонажи читают именно немецкую версию «Красной Шапочки»?

В первых кадрах фильма, имитирующих документальную съёмку, мелькают немецкие солдаты

Ответить на все эти вопросы очень просто, но сперва нужно выяснить:

Скажите, вы любите лапшу?

А вот Мамору Осии её очень любит — настолько, что она занимает важнейшее место во многих его работах, включая и «Сагу о Церберах».

Те самые татигуи

В Японии есть такой формат уличных забегаловок, который называется татигуи или «еда стоя»: обычно это точки, где можно быстро, дёшево и сердито перекусить лапшой и бежать дальше по своим делам. Первые такие заведения для японских работяг появились ещё в эпоху Эдо, пережили войну и американскую оккупацию и дошли до наших дней. В жизнь и творчество Осии эти лапшичные проникали медленно, но верно на протяжении десятилетий. Как и вся наша история, корни фастфудной эпопеи тоже лежат в Urusei Yatsura, где один из эпизодов был посвящён разборкам между уличными «рестораторами». Несмотря на то, что сам эпизод был взят из оригинальной манги, Осии идея каким-то образом запала в сердце, и с тех пор тематика татигуи — неотъемлемая часть художественного мира режиссёра. Кульминацией стал выход в 2006 году полуанимационного и полудокументального фильма Tachiguishi-Retsuden или «Невероятная жизнь мошенников из фастфуда», как его назвали на Западе.

Трейлер фильма. Тот случай, когда проще один раз увидеть, чем пытаться объяснить происходящее словами

Кино у мастера на этот раз вышло настолько авангардное, что описать его словами почти невозможно. Визуально фильм, выполненный стараниями свежесформированного тогда digital-подразделения Production I.G, представляет собой гибрид игрового кино и анимации — сами авторы назвали эту технику Superlivemation. Актёров снимали на камеру, а потом из этих фотографий, которых в итоге получилось более 30 000, составляли стилизованные под бумажных кукол коллажи. Но картинка — это лишь один из элементов «Мошенников».

У французского писателя Марселя Пруста в его романе «По направлению к Свану» есть эпизод, в котором герой, пробуя печенье «Мадлен», уносится в свои детские воспоминания. По схожей логике устроен и безумный, на первый взгляд, мир фильма. На постер картины неслучайно вынесли главные символы японской истории и культуры ХХ века — бомбардировщик Boeing B-29 Superfortress, знаменитую Токийскую телебашню, первый высокоскоростной поезд Shinkansen, а также символ Всемирной выставки 1970 года, проходившей в Осаке.

Постер фильма с отсылками к знаковым символам и событиям эпохи

«Я не испытываю никакой ностальгии, оглядываясь на годы 
своего становления в 50-х и 60-х. Тогда мне хотелось, чтобы жизнь поскорее стала похожа на американские фильмы. Когда это случилось, то всё оказалось совсем не так, как я себе представлял. Пришло процветание, но вместе с тем ушла надежда»,

— Мамору Осии, интервью Production I. G, 2006.

Американская администрация в лице сперва генерала Макартура, а затем и его последователей замыслила и осуществила невиданный доселе эксперимент: им предстояло переформатировать целую цивилизацию. Три священных символа императорской власти — меч, зеркало и яшмовые подвески — сменились на символы общества потребления, которыми на первых порах стали телевизор, фен и рисоварка.

Реклама рисоварки Toshiba ER-4, главного хита 1956 года

Человек нового времени должен был быть эффективным и мобильным консьюмеристом, и технический прогресс был готов ему в этом помочь. Японские компании, получившие миллиарды американских субсидий, были в авангарде моды на быструю жизнь. В 1955 году на полках магазинов появился первый транзисторный компактный приёмник Sony TR-55, после чего человечество официально перешло в век портативной электроники. Вслед за темпом жизни менялись и сложившиеся веками пищевые привычки — японец Момофуку Андо в 1958-м изобрел лапшу быстрого приготовления.

Фильм Осии это история страны, рассказанная через гастрономическое комедийное мокьюментари. Среди аналогов можно вспомнить, например, ленту Сёхэя Имамуры 1970 года «Послевоенная история Японии — жизнь хозяйки бара», в которой на фоне кадров демонстраций барменша делится историями о своей личной жизни.

«90% фильма — это ложь, пародия или иллюзия. Даже эпизоды, которые похожи на архивные кадры, на самом деле представляют из себя 3D-CG-анимацию. Но в оставшихся 10% кроется истинный посыл фильма. По моему замыслу, это очень серьёзная комедия»,

— Мамору Осии, интервью Production I. G, 2006.

Вот на экране взрываются люди, крутящие хулахуп. Почему? Потому что этот пришедший с Запада гимнастический обруч стал безумно популярен в Японии в 1958 году. Обыгрывается в картине и экономическое чудо, и бум электрогитар, когда гиганты Gibson и Fender перенесли своё производство на японскую землю. Есть в кино и Юкио Мисима и песни Нила Армстронга, студенческие протесты, левые группировки, а также высадка американцев на Луну, которая оказала на японское общество огромное влияние — знаменитый гейм-дизайнер Хидэо Кодзима, например, называет полёт миссии «Аполлон» одним из своих главных источников вдохновения.

Хулахуп покорил Японию в 1958-м. В первую неделю продаж у магазинов выстраивались километровые очереди. Производитель обручей, компания Sekisui Chemical Industry, тогда нарастила выпуск своей продукции в четыре раза

В центре всей этой медитации на японский поп-культ эпохи Сёва находятся главные персонажи, названные, как и сама лента, неологизмом tachiguishi — те самые мошенники фастфудных рядов. Эти полумифические герои занимаются тем, что едят в заведениях и благодаря своей харизме сбегают, не заплатив ни йены, а в процессе стараются стильно и красиво оставить в дураках хозяина лавки. Собой жулики знаменуют разные вехи в жизни послевоенной Японии, а их имена стали отсылками к традиционным блюдам. Так, например, история начинается с бредущего по развалинам в поисках лапши старика по имени Лунный Гиндзи, которого в оригинале зовут Цукими — это означает как праздник в честь осенней луны, так и блюдо из лапши с добавлением сырого яйца, желток которого, помещённый в тёмный бульон, напоминает луну. Под занавес на сцену выходит уже совсем другая публика: фанаты гамбургеров, хот-догов и американской культуры. С финальными титрами завершается и путь японской кухни от традиции к глобализму, ассимиляции и потребительскому отношению к еде.

Легендарные фастфудные мошенники. Художник — уже знакомый нам Тэцуя Нисио

Любимый же эпизод самого Осии, по его собственным словам, связан с девушкой по имени Фокси Крокетт О-Джин, получившей своё имя в честь лапши кицунэ-соба и, собственно, крокетов. Молодая и раскрепощённая, эта лисица представляла собой бунтующую Японию 60-х и 70-х годов. Так что нет ничего удивительного в том, что после разговора об утративших свою аутентичность крокетах она покидает страну, чтобы затем снова дать о себе знать уже на Ближнем Востоке. Появившись ещё в 70-х в одной из серий «Несносных пришельцев», О-Джин с тех пор путешествует по запутанной метавселенной Осии, появляясь в самых неожиданных местах, включая и «Сагу о Церберах». Да, вы всё правильно поняли: безумная псевдодокументалка об истории японского фастфуда и политический триллер про бронеспецназ происходят как бы в одном мире.

Роковая красотка собственной персоной. Знатоки японского, ваш выход!

Не наше время, 
не наши дни

Поскольку изначально никакой специально проработанной истории за всей франшизой не стояло, а вопросы у зрителей и читателей появлялись регулярно, то её — эту самую историю — требовалось придумать.

В начале нулевых годов Осии написал псевдодокументальную книгу об истории японской кухни, по мотивам которой позже и снял своих «Мошенников из фастфуда». К тому моменту режиссёр увлёкся сюжетами об альтернативной истории. Вдохновили его на это работы японского писателя-фантаста и мангаки Дайсукэ Сато, известного в мире в первую очередь по зомби-манге «Школа мертвецов». Судя по всему, влияние на Осии оказала книга и одноимённая настольная игра Red Sun Black Cross, в мире которой Германия выигрывает Вторую мировую, после чего между ней и оставшейся нейтральной и не напавшей на США Японией к 1948-му году начинается WW3 за господство над Евразией, Индией, Турцией и Египтом.

Коробка с настольной игрой Red Sun Black Cross и сама игра

Результатом этих псевдоисторических штудий стала вышедшая в 2006 году радиодрама Kerberos Panzer Jäger, которая, пусть и сильно «задним числом», всё же объяснила всем интересовавшимся, откуда у японской полиции взялись немецкие пулемёты.

Как оказалось, вымышленный мир Осии развивался по нашей исторической линии до середины 40-х годов, когда в ходе Второй мировой немцы не изобрели первые версии своих бронекостюмов. США, придерживаясь доктрины Монро, закрылись в изоляции на западном полушарии, а Япония объединилась с союзниками против рейха. В самой Германии тоже произошли радикальные перемены: генерал Клаус фон Штауффенберг в этом альтернативном таймлайне всё же смог уничтожить Гитлера, после чего нацистское государство было реформировано в республику по образцу Веймарской. У самого Штауффенберга здесь есть племянница полуяпонка Маки, которую отправляют на Восточный фронт снимать пропагандистские фильмы.

С 2003 по 2004 год также выходила манга Kerberos Saga Rainy Dogs. История посвящена охоте Церберов на предателя, который сдал отряд властям. На английский никогда не переводилась.

В результате история идёт по-другому: Германии удается захватить половину мира, включая Японию, которую немцы оккупируют по образу и подобию реальной американской оккупации. В объятиях победителей японцев ждало насаждение в народе немецкой культуры и жёсткая тоталитарная власть. Отсюда немецкие книги у главных героев, немецкое оружие у полиции и самолёты исключительно компании Lufthansa в аэропортах. В этой версии японские чиновники летают отчитываться в Берлин, а в Токио вместо Эйзенхауэра прибывают с визитом высокие чины из новой Веймарской республики.

Детали мира многих японских франшиз часто раскиданы по множеству сопутствующих медиа. Так, об устройстве брони можно было узнать из вышедшего в 2009 году только в Японии сборника-энциклопедии Kerberos Panzer Cops: Tokyo War. Ни в манге, ни в фильмах, ни в Jin-Roh этой информации нет

В этом же мире существуют и лапшичные воришки. В «Красных очках», например, главный герой встречается с Лунным Гиндзи, ветераном фастфудного жульничества, в подпольной забегаловке. По сюжету оккупационное правительство запретило в Японии те самые традиционные татигуи, после чего они превратились в андеграундные заведения, куда приходят не столько собственно поесть, сколько поговорить вдали от посторонних глаз и ушей.

Подпольная лапшичная из «Красных очков» на манер американских спикизи-баров времён сухого закона

У этого явления тоже есть историческая подоплёка. В 50-х Япония переживала бум различных кафешек, которые часто становились «штабами» для протестующих студентов, что, в свою очередь, вынуждало полицию внимательнее следить за молодёжным общепитом. В радиодраме «В ожидании красных очков», давшей старт всей франшизе, также обсуждается убийство полицией одного из жуликов, после чего этот эпизод вошёл и в комиксы. Фокси Крокетт О-Джин и вовсе получила отдельную мангу имени себя под названием Kerberos x Tachiguishi: Haraharadokei no Shoujo, представляющую собой несколько изменённую версию событий из аниме Jin-Roh.

Манга Kerberos x Tachiguishi, объединившая в себе две вселенные. ***Курение вредит вашему здоровью

Вся эта история сильно напоминает вышедший в 1962 году роман знаменитого американского фантаста Филипа Дика «Человек в высоком замке», сюжет которого тоже посвящён перевёрнутой истории Второй мировой. У Дика холодная война между Западным блоком и СССР заменяется на аналогичную ситуацию, но уже между Третьим рейхом и Японией, а условная Берлинская стена проходит по территории Штатов. При этом приближенная к реальности история о том, как Германия потерпела поражение в войне, в мире романа существует в виде запрещённой немецкими властями книги «И наестся саранча».

Иллюстрации к роману «Человек в высоком замке». Художник — Шэнь Цзян

Значительную роль в сюжете «Человека в высоком замке» играет китайская «Книга перемен», к которой регулярно обращались не только герои произведения, но и сам автор при работе над текстом. В Японии «Человек в высоком замке» впервые вышел в 1965 году, в то самое время «становления» Мамору Осии.

Эпилог

Несмотря на весь свой масштаб, два игровых фильма, популярное аниме, несколько томов манги и просто тонну мерча, главное детище Осии, в отличие от других его работ, за пределами Японии почти не известно.

«Сага», которая таковой никогда и не задумывалась, вселенная, выросшая из шутки и оформленная задним числом, была создана энтузиастами, благодаря им же жива и сегодня. Фанаты переводят мангу, артбуки, ищут давно потерянные и удалённые отовсюду интервью. Когда несколько лет назад был запущен сбор средств на 4К-реставрацию «Красных очков», необходимую сумму удалось собрать за... несколько часов! И это при том, что речь идёт о японском артхаусе глубокого залегания из прошлого века.

Тэцуя Нисио рассказывает, как ему было работать с Мамору Осии. Впервые они познакомились в 96-м, и, как он сам говорит, «стали работать душа в душу» после выхода Jin-Roh. Впрочем, дружба не мешала режиссёру требовать от художника работать быстрее!

Набор для тех, кто поддержал переиздание «Красных очков»

Невзирая на своё андеграунд-положение, франшиза Мамору Осии, как в своё время раскадровки так и не вышедшей «Дюны» за авторством Алехандро Ходоровски, явно гуляла по Голливуду и западным игровым студиям — как же иначе объяснить столь похожие на «Церберов» дизайны в фильмах Зака Снайдера, серии игр Killzone и новых итерациях Wolfenstein, и много где ещё. Явно смотрели раннего Осии и его коллеги по цеху в лице Хаяо Миядзаки, повторившего сцену из «Красных очков» в своём «Порко Россо», и автор Evangelion Хидеаки Анно.

Ничего не напоминает?

В 2018 году режиссёр Ким Чжи Ун снял ремейк Jin-Roh, перенеся место действия на Корейский полуостров. По иронии судьбы изначально он собирался поставить фильм по Ghost in the Shell, но его тогда опередила американская «фабрика грёз».

Работа Осии — это, пусть и в фантастическом 

и несколько безумном виде, интересная 

и довольно тонкая энциклопедия японской 

послевоенной жизни, рассказанная через 

призму переживаний очевидца и участника 

тех событий. Культурные войны 

и студенческие бунты, хулахупы
и электрогитары, левые террористы
и противостоящий им спецназ, битва
за аутентичную еду и фанаты гамбургеров: здесь есть, кажется, почти все хиты эпохи Сёва. Дело за малым: найти и осилить.

Фигурка из личной коллекции автора

Автор выражает благодарность Полине Даббах за неоценимую помощь в работе с японскими источниками.

*Редакция Mash Room осуждает суицид. Это преступление против себя и человечества. Он ведёт к и без того к неминуемой гибели.

**Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью!

Автор: Антон Житков