27 июля
Понедельник
Пентагон внёс российские вузы
в
список национальных угроз
Сразу 33 российских университета и НИИ попали в список угроз национальной безопасности Пентагона. Среди них МГУ, МФТИ, Сколтех и другие. Всего в списке организации из трёх стран — России, Ирана и Китая. Давайте разберёмся, что произошло.
Всего в список вошло больше 130 организаций, поэтому сразу исключаем версию о попытке надавить в российско-американско-украинском треугольнике переговоров. Нет, всё гораздо тривиальнее и сводится к технологическому противостоянию. Список составляется в рамках § 1286 закона NDAA-2019. Многие СМИ пытались объяснить его значение, но не у всех получилось. Если вкратце, основная причина добавления — подозрение на утечку технологий. Параметры для добавления максимально широкие и размытые. Пентагон просто заявляет, что у него есть подозрения на «проблемную деятельность» — и этого достаточно.
Может показаться странным, что изыскания Пентагона как-то связаны с научным миром и тем более гуманитарными университетами. Всего на исследования в 2025 году Пентагон потратил $143,7 млрд долларов. Из них $18,9 млрд — на науку.
Основания для внесения в список обычно сводятся к трём критериям: прямая оборона и связь с ВПК; двойное назначение, для гражданской жизни и военной; и третий — институциональные связи. И вот с третьим интереснее всего, потому что где МГУ и где военный сектор? Но критерий очень широкий и включает в себя встроенность в государственную систему с господдержкой, поэтому вуз автоматически попадает в список. Россия же рассматривается точно не как друг, по крайней мере глава комитета начальников штабов об этом заявил на недавних слушаниях в конгрессе.
Никаких публичных обоснований, аргументации и «пруфов» не предоставлено. До 2026 года практика сводилась к предупреждению — проявлять осторожность при взаимодействии с этими организациями. Теперь всё иначе, министерству запрещено расходовать средства на фундаментальные исследования. Запрет распространяется на гранты, контракты и любую иную помощь вузам, включая совместные исследования и использование оборудования перечисленных организаций, и действует в отношении всех сотрудников таких организаций.
Одной из причин добавления в список стала программа 5-100, которая была запущена в 2013 году и просуществовала до 2021-го. Её цель — адаптировать российские университеты к мировым стандартам в области образования. Не менее пяти университетов должны были попасть в сотню лучших по версии трёх международных рейтингов: Quacquarelli Symonds, Academic Ranking of World Universities и Times Higher Education. Есть и вторая цель, которая и стала красной тряпкой для Пентагона — увеличение доли студентов-иностранцев до 15% и преподавателей-иностранцев до 10%. Как известно, утечка мозгов — это ещё и про утечку технологий. На программу, кстати, было выделено 86 миллиардов рублей.
Американский исследователь с грантом Пентагона не может вести совместную работу с человеком, аффилированным с МГУ или ВШЭ; исследователи обязаны раскрывать все аффилиации с этими структурами, и неполное раскрытие может стать нарушением федерального закона. Формально ограничение касается только денег военного ведомства, но университеты обычно применяют такие списки ко всей институциональной комплаенс-политике. Эффект будет гораздо шире и может повлиять на научное взаимодействие на уровне университетов обеих стран.
Может показаться, ну и что, пофиг вообще. Попробую представить ситуации, где это ударит по нам. Первое, что приходит в голову, — доступ к международным научным статьям, особенно в технологическом секторе. Теперь у студента МГУ или преподавателя ВШЭ может быть ещё меньше возможностей получить наиболее свежие исследования и статьи. После 2022 года часть баз уже отпала, и российским учёным приходилось искать обходные пути. Теперь добавятся новые сложности.
Похожая история произошла с Китаем. В 2008 году страна запустила программу «Тысяча талантов» по привлечению зарубежных учёных. Как вы понимаете, этот проект тоже в списке Пентагона. Его задача — вернуть соотечественников и китайских учёных, работающих в других странах. Им предлагали высокую зарплату, позицию, лаборатории и любую другую помощь.
По мнению ФБР и доклада в сенате, типовой контракт требовал от учёных дублировать свою работу на американские гранты, но уже в китайской лаборатории. Запрещалось раскрывать своё участие в программе американскому работодателю и грантодателю. Но в случае с китайской программой у Минюста в рамках China Initiative были критерии «скрытая двойная аффилиация и передача финансируемых США научных результатов другой стране». Правда, это не помогло, уже к 2019 году программу переименовали и раздробили на несколько разных частей.
Примерно такой сценарий ждёт и Россию. Доступ к научным знаниям и данным необходим. Придётся адаптироваться, но нам не привыкать.
Автор: Павел Дубравский