Есть люди, которые болеют за победителей. Это, в общем, нормально. Человек видит команду, которая выиграла последние пять матчей, купила N-ное количество крутых легионеров и вообще выглядит так, будто знает, что делает, — и говорит: «Ну вот за этих и буду».

Я отношусь к таким людям с осторожностью.

Потому что настоящий болельщик должен хотя бы однажды испытать состояние, в котором твоя команда проигрывает с крупным счётом, играет вдесятером, главный тренер уже смотрит куда-то в сторону дома, а ты всё равно думаешь: «Ну сейчас начнём».

Мы — люди — вообще странно устроены. Нам предлагают выбирать лучших, а мы выбираем своих. И чаще всего это разные люди.

Это важно проговорить сразу, потому что иначе получится очередная философская брехня статья человека, который любит футбол исключительно в те дни, когда ПСЖ Моти и Хвичи вновь оформляет красивые победы.

Когда-то мне казалось, что я не просто болею, а бьюсь за красно-зелёные цвета. Я был романтиком. И в те годы слово «фанат» для меня звучало почти героически. Мы ездили на выезды, рисковали здоровьем и вообще вели себя так, будто эмблема клуба — это стяг, за который положено биться до конца. Сейчас я понимаю, насколько странно это звучит. Тогда — не понимал.

Тогда ты мог действительно отдать здоровье за кусок ткани, на котором была изображена буква «Л» или другие символы, принадлежащие к «движу». Мог полезть в историю, которая тебя вообще не касалась, просто потому, что на другой стороне были «соперники».

И самое смешное / грустное — ты был уверен, что это и есть настоящая преданность. Наверное, в каком-то смысле так оно и было. В молодости вообще слишком легко превратить любовь в схватку.

Сегодня я уже не стану махать кулаками за клуб, но, если честно, до сих пор не уверен, что научился болеть за него как-то более разумно. Ибо в какой-то момент всё это перестаёт иметь отношение к футболу. Ты просто сидишь и смотришь. На табло 0:1. До конца семь минут. И ты уже понимаешь, что сейчас произойдёт что-то плохое. Но не уходишь от экрана, потому что если уйдёшь — а вдруг сравняют?

Вот это «а вдруг» и есть, пожалуй, главная причина существования футбола.

Самая странная вещь, которая есть в любом болельщике: мы редко, на самом деле, любим футбол исключительно за победы.

Победы, безусловно, хороши. Их приятно вспоминать, пересматривать, складывать в историю клуба, но любовь появляется совсем в других местах — в проигранных финалах, пропущенных на последних минутах голах, футболисте, который однажды забил единственный (но какой!) мяч и потому стал частью твоей жизни.

Наверное, поэтому нам так легко полюбить неудачника. Потому что победитель принадлежит всем. А проигравший — тебе.

Я, например, в детстве мог смотреть на Дмитрия Лоськова, Малхаза Асатиани, Динияра Билялетдинова, Дмитрия Сычёва и совершенно искренне думать, что лучше футболистов на свете не существует.

Они были моими футболистами! Не обязательно лучшими или самыми известными. Тупо моими. А потом я смотрел на другие московские клубы и завидовал. У «Спартака» были Егор Титов, Владимир Быстров и Роман Павлюченко. У ЦСКА — Жо, Карвальо, Вагнер Лав и Олич.

Кажется, сейчас смешно вспоминать, насколько важными казались эти фамилии, но тогда это была целая вселенная. Ты мог спорить с другом часами: кто лучше — Лоськов или Титов? Быстров или Биля? Вагнер или СуперПав? И так далее. И ведь спорили не о статистике, а о своих. Так как футболист в какой-то момент перестаёт быть просто игроком в ногомяч и становится частью твоего детства.

В середине XX века Бразилия играла с Уругваем на «Маракане». Это был решающий матч финального этапа ЧМ. Бразилии хватало ничьей, но Уругвай победил — 2:1.

После матча одним из главных виновников поражения сделали вратаря Моасира Барбосу. Он прожил после этого ещё полвека, но тот матч навсегда остался с ним. Представьте: вы один из лучших вратарей страны, но для миллионов людей — персонаж, который навсегда останется тем, кто пропустил тот самый гол.

Футбол иногда бывает чудовищно несправедливым. И, наверное, именно поэтому мы его любим.

А помните, как Роберто Баджо промахнулся с пенальти в финале ЧМ-94?

Я помню, как смотрел запись этого матча. Мяч улетел выше ворот, после чего итальянец трагично, прям по-театральному, опустил голову вниз. Так, будто бы понимал всё, что будет дальше. Благодаря этому мир получил одну из самых трагичных фотографий за всю историю спорта.

И это действительно один из тех кадров, которые давно перестали быть просто пикчей. Потому что мы все знаем это чувство — когда до победы оставалось совсем немного. Когда ты уже почти поверил. А потом — всё.

Но Баджо продолжил играть. А вот Барбоса продолжил жить. Кажется, в этом и есть самое важное отличие спорта и футбола в частности от жизни: тут матч заканчивается, а в жизни — нет.

25 января 2004 года Миклош Фехер вышел на замену за «Бенфику» в игре против «Витории». В концовке получил жёлтую карточку за задержку времени, улыбнулся, а через несколько секунд упал.

Остановилось сердце. У 24-летнего спортсмена. Пока его везли в больницу матч продолжался. «Бенфика» в итоге выиграла 1:0 в матче. А он проиграл жизни.

Есть вещи, которые невозможно красиво объяснить. И, может быть, не нужно. Потому что после таких историй футбол внезапно становится очень маленьким. Все эти таблицы, трансферы, титулы, споры о том, кто лучший...

В какой-то момент ты вспоминаешь, что за каждым номером на спине есть живой человек и всё становится другим.

Есть ещё одна странная вещь. Футбол постепенно исчезает из привычной жизни даже у тех, кто когда-то не представлял без него выходных.

Кто-то взрослеет. Кто-то устаёт. Кто-то перестаёт ходить на стадион. А для кого-то стоп-слово: FanID. Для одного паспорт болельщика — неудобная процедура, а для другого — лишняя преграда между человеком и стадиком. В итоге болельщики остаются дома.

Но самое странное происходит потом. Они всё равно включают матч, смотрят на табло, злятся на судью и ждут гола любимой команды. Получается почти абсурдная история: человек уже не ходит на стадион, а футбол (в старом понимании этого слова) всё ещё ходит за ним.

Не за лучших, не за самых сильных, не за тех, у кого больше титулов и денег. Мы болеем за тех, кого успели полюбить. И это легко проверить даже у нас в редакции.

В нашей команде есть те, кто болеет за «Ростов», «Спартак», «Зенит», ЦСКА, «Динамо». И у каждого найдётся свой аргумент, почему именно его команда должна играть лучше, почему реф ошибся не в их пользу и почему этот сезон ещё можно спасти.

То есть каждый в глубине души знает: его ФК мог бы быть другим, но это и есть ловушка, потому что в какой-то момент ты уже не выбираешь, а просто любишь своих.

Девяностая минута. 0:1. И всё ещё кажется: «Ну, сейчас». Хотя прекрасно знаешь, что никакого «сейчас» может и не быть. И всё равно ждёшь.

Мы все болеем не за тех, но любим именно своих.

Автор: Даниил Лядов