Синее пламя: 30 лет Ашинской трагедии
Ровно три десятка лет назад в ночь с 3 на 4 июня неподалёку от уральского города Аша взорвались два поезда — и сгорели дотла. Сотни погибших и пострадавших, хаос, охваченные пламенем тела — катастрофа стала самой крупной в истории России XX века.
Что случилось?
Два встречных состава, № 211 Новосибирск €— Адлер и № 212 Адлер — Новосибирск, въехали в ложбину, которая была перегоном между Аша (Челябинская область) и станцией Улу-Теляк (Башкирия). 1710-й километр Транссибирской магистрали, где произошла катастрофа, пересекался с трассой газового трубопровода.
Согласно правилам, транспорт сжиженного горючего и крайне взрывоопасного топлива по трубам был запрещён. Однако, как выяснилось уже позже, действительно намного позже, базовое требование безопасности проигнорировали.
Вечером 3 июня труба дала течь. Газ начал стремительно заполнять низину. Погода была жаркая, и газовое облако покрыло местность. Взрыв произошёл мгновенно. Его мощность можно было бы сравнить с силой ядерного взрыва в Хиросиме, составлявшей 16 килотонн тринитротолуола.
В поезде ехало больше тысячи человек. Не пострадали из 1300 пассажиров лишь 52 человека. По одним только официальным заявлениям, в ту ночь погибло 575 человек. На совсем маленьких детей отдельных билетов не приобретали — большинство пассажиров ехало с семьёй провести каникулы на юге. В поезде могли ехать безбилетные или путешествующие в купе проводников, так что точное число погибших не назовёт никто. Из десяти ребят, путешествующих в составе челябинской юношеской команды по хоккею “Трактор”, выжил лишь один.
Лоскутки личных вещей
Милиционер Анатолий Безруков, пришедший на помощь из ближайшего посёлка Красный Восход, до сих пор вспоминает произошедшее с содроганием: “Я впервые увидел, как горит человек: синим пламенем, как газ”.
Именно дорога к посёлку Красный Восход стала главным путём эвакуации. Раненых, контуженных взрывом людей, нагих и обгоревших погружали в машину и везли в больницу.
“Помню, женщину погрузили на борт, пальцы разжал, а кожа её на моей руке осталась”, — говорил Анатолий. Несмотря на старания врачей и снятие с линий в Уфе всех машин скорой помощи, многих пострадавших так и не довезли до больниц живыми.Салават Абдулин, отец девочки Ирины, тело которой так и не нашли на пепелище, продолжал тщетные поиски три дня.
Абдулин вспоминал: “Рядом с нами находился фотокорреспондент. Он не мог снимать, руки тряслись. Просто стоял и плакал”.
Родители искали детей среди трупов, расплавленного металла. “Вглядывались в самые мелочи, собирали в пакеты личные вещи по лоскуткам”, — говорит Людмила Масалова, потерявшая ребёнка в ту роковую ночь.
Расследование
Днём 4 июня на место происшествия прибыл Михаил Горбачёв, сопровождаемый расследовательской комиссией. Генсек заявил, что к катастрофе привела халатность и безответственность должностных лиц. Журналистка из Иглинской районной газеты Вера Старухина вспоминала происходящее как знак свыше: “Когда Горбачёв вышел из самолёта, начался ливень. Пока машина кружила сверху, разыгрался сильный ветер, по чёрному стволу дерева пробегали искры”.
Несмотря на то что катастрофа была подвергнута серьёзной огласке, люди ощущали, что расследование идёт с трудом. Людмила Масалова вспоминает: “Трупы наших детей сгребли под рельсы, чтобы восстановить насыпь. Когда я приезжаю, возлагаю цветы на это место”.
Родственники пострадавших вскипали от ярости: их мало того держали в неведении, так еще и кормили ложными данными. Молчание властей доводило людей. По словам Веры Старухиной, “люди садились на рельсы и перекрывали движение, силой их было не разогнать”.
Салават Абдулин вспоминает: “Одна женщина была с ребёнком. Она встала посреди рельсов и спросила: “Где Ельцин? Когда суд?”
Суд всё-таки свершился. Правда, уже не в СССР, а в России в 1992 году. Ещё в процессе расследования выяснилось, что трубопровод был оставлен без надзора. Следствие заинтересовалось даже заместителем министра нефтяной промышленности Шагеном Донгаряном, но бодрое начало почему-то ни к чему не привело. А потом распад СССР поставил катастрофу под Уфой на второй план.
Суд
Первый суд 1992 года убрал высокопоставленных лиц из числа участников дела. Главными обвиняемыми оказались рабочие, делавшие ремонт на участке. Новый суд, свершившийся в 1995 году, через шесть лет после катастрофы, официально признал виновными рабочих из ремонтной бригады и их начальство. Несколько человек попали под амнистию, а остальные вынуждены были отбывать небольшой срок в колонии-поселении. Приговор прошёл почти незамеченным.
Единственный из выживших в хоккейной команде “Трактор” — Александр Сычёв. Он сих пор профессионально играет, даже получил титул чемпиона России в составе “Металлурга”. Через год после катастрофы в спортивной школе “Трактор” прошёл турнир в память погибших. Интересно, что думал и чувствовал Александр, единственный выживший из команды молодых ребят, которые только начинали карьеру?
Судьбы людей, переживших ту роковую ночь, сложились по-разному, но боль утраты живёт с каждым из тех, кто лицезрел смерть близких. Ветеран Афганской войны полковник Храмов потерял жену и двоих детей. Теперь он — один из организаторов ежегодной поездки родственников и близких погибших к памятнику на злополучном 1701-м километре.
«Реабилитация проходила очень долго, несколько лет, особенно в психологическом плане, потому что смотреть на то, как люди заживо сгорают, это не просто страшно, а ужас… И этот маршрут Новосибирск — Адлер меня преследует всю жизнь. Так случилось, что брат уехал жить на юг и мне надо ездить на этом поезде, и только один Бог знает, как у меня выворачивается душа, когда я на нём еду”.
Татьяна, выжившая пассажирка поезда
