В конце октября в дельте Волги сгорели два тростниковых острова. Сухие заросли никто не тушил, через несколько дней они выгорели сами. Всё это время до жителей Астрахани доносился запах гари. Пожарами тут никого не удивишь, но в последнее время ситуация сильно ухудшилась. По словам специалистов, дым теперь идёт практически круглый год. Но в чём же причина?
Рассказываем, кто виноват в гибели рыбы, животных и птиц из-за постоянных пожаров в этой местности. И можно ли как-то поменять ситуацию.
Если посмотреть на снимки из космоса, то Волга в этих местах окружена красным заревом. Самый сложный период — с первого марта по первое мая. Галина Замятина, замдиректора Астраханского биосферного заповедника, долгие годы следит за сохранением угодий. С 2000 года ей удалось ликвидировать около полутысячи крупных возгораний. Помогают в этом и специальные барьеры — земляные рвы шириной с полкилометра и покрытые солью. Сегодня их общая длина — 118 км (почти треть расстояния от Астрахани до Волгограда).
На суше работает, а вот на море — уже нет. Так называемая раскатная часть северного Каспия покрыта камышовыми "джунглями". И там промышляют толпы охотников и рыбаков. По мнению Замятиной, пожары именно на их совести.
Спецы отмечают — как начинается осенний сезон ловли, тут же начинает полыхать побережье. Рыбаки жгут траву, чтобы весной ловля пришедшей на нерест рыбы шла легче. В этих условиях проще пройтись с сандолью (орудием лова, напоминающим крестьянские вилы) или оставить "секрет". Ловить рыбу таким способом во время весеннего нереста — браконьерство. Тут должна бороться Рыбоохрана, но ведомство не справляется.
В Рыбоохране не хватает народу, чтобы за всеми углядеть. Владимир Сахаров, рыбак из Астрахани.
Бороться с преступниками пытаются обычные любители: выдирают из моря браконьерские сети и сжигают их. При этом Владимир отмечает, что если уничтожить камыш, то рыба со временем покинет излюбленные места. Однако борьба браконьеров с остальным сообществом остаётся очень напряжённой. Например, однажды местные охотники подожгли местность, чтобы отомстить инспекторам, выдворившим их с запретной зоны.
Зима в Астраханской области тёплая и бесснежная. В начале января над дельтой Волги снова появляется чёрный густой дым — это фермеры при первой же оттепели зачищают пастбища и сенокосы от старого сухостоя. Убедить людей не делать этого у местных властей не получается. Не пугают селян ни суровые штрафы, ни уголовная статья.
Другой сотрудник Астраханского заповедника, Кирилл Литвинов, считает, что возможность достучаться до местных всё же есть. Пожары наносят вред одному из главных рыболовных символов региона — вобле. Пожарища часто затапливает весенний паводок. В воду попадает зола, в этой среде рыба мечет икру. Это фатально сказывается на будущем потомстве. В таких местах мальки попросту не появляются на свет.
Икра, отложенная на таких сгоревших нерестилищах, вся покрыта золой и гибнет. Учитывая, что площади тростниковых пожаров весьма значительны, это серьёзно снижает эффективность естественного нереста рыбы. Замдиректора по научной работе Астраханского заповедника Кирилл Литвинов.
Скоро подойдёт к концу многолетнее исследование ихтиологов. Учёные надеются, что его результаты произведут отрезвляющий эффект на людей и изменят ситуацию к лучшему. Пока же промышленный лов астраханской воблы неуклонно падает — с начала прошлого века, по некоторым оценкам, он снизился в 100 раз. В том числе из-за пожаров.
Не щадят поджигатели и пернатых. В разное время года здесь живёт и кормится 300 видов птиц. Каждый четвёртый считается редким, а некоторые, вроде белых журавлей — стерхов, — под угрозой полного исчезновения, они занесены в Международную Красную книгу. В ноябре птицы прилетают сюда из северных регионов России — на зимовку. Дельта Волги служит для них перевалочной базой, где можно передохнуть и набраться сил перед продолжением полёта на юг. Но из-за пожаров такая возможность практически исчезает.

В конце октября в дельте Волги сгорели два тростниковых острова. Сухие заросли никто не тушил, через несколько дней они выгорели сами. Всё это время до жителей Астрахани доносился запах гари. Пожарами тут никого не удивишь, но в последнее время ситуация сильно ухудшилась. По словам специалистов, дым теперь идёт практически круглый год. Но в чём же причина?
Рассказываем, кто виноват в гибели рыбы, животных и птиц из-за постоянных пожаров в этой местности. И можно ли как-то поменять ситуацию.
Если посмотреть на снимки из космоса, то Волга в этих местах окружена красным заревом. Самый сложный период — с первого марта по первое мая. Галина Замятина, замдиректора Астраханского биосферного заповедника, долгие годы следит за сохранением угодий. С 2000 года ей удалось ликвидировать около полутысячи крупных возгораний. Помогают в этом и специальные барьеры — земляные рвы шириной с полкилометра и покрытые солью. Сегодня их общая длина — 118 км (почти треть расстояния от Астрахани до Волгограда).
На суше работает, а вот на море — уже нет. Так называемая раскатная часть северного Каспия покрыта камышовыми "джунглями". И там промышляют толпы охотников и рыбаков. По мнению Замятиной, пожары именно на их совести.

Спецы отмечают — как начинается осенний сезон ловли, тут же начинает полыхать побережье. Рыбаки жгут траву, чтобы весной ловля пришедшей на нерест рыбы шла легче. В этих условиях проще пройтись с сандолью (орудием лова, напоминающим крестьянские вилы) или оставить "секрет". Ловить рыбу таким способом во время весеннего нереста — браконьерство. Тут должна бороться Рыбоохрана, но ведомство не справляется.
В Рыбоохране не хватает народу, чтобы за всеми углядеть.
Владимир Сахаров, рыбак из Астрахани.
Бороться с преступниками пытаются обычные любители: выдирают из моря браконьерские сети и сжигают их. При этом Владимир отмечает, что если уничтожить камыш, то рыба со временем покинет излюбленные места. Однако борьба браконьеров с остальным сообществом остаётся очень напряжённой. Например, однажды местные охотники подожгли местность, чтобы отомстить инспекторам, выдворившим их с запретной зоны.
Зима в Астраханской области тёплая и бесснежная. В начале января над дельтой Волги снова появляется чёрный густой дым — это фермеры при первой же оттепели зачищают пастбища и сенокосы от старого сухостоя. Убедить людей не делать этого у местных властей не получается. Не пугают селян ни суровые штрафы, ни уголовная статья.

Другой сотрудник Астраханского заповедника, Кирилл Литвинов, считает, что возможность достучаться до местных всё же есть. Пожары наносят вред одному из главных рыболовных символов региона — вобле. Пожарища часто затапливает весенний паводок. В воду попадает зола, в этой среде рыба мечет икру. Это фатально сказывается на будущем потомстве. В таких местах мальки попросту не появляются на свет.
Икра, отложенная на таких сгоревших нерестилищах, вся покрыта золой и гибнет. Учитывая, что площади тростниковых пожаров весьма значительны, это серьёзно снижает эффективность естественного нереста рыбы.
Замдиректора по научной работе Астраханского заповедника Кирилл Литвинов.
Скоро подойдёт к концу многолетнее исследование ихтиологов. Учёные надеются, что его результаты произведут отрезвляющий эффект на людей и изменят ситуацию к лучшему. Пока же промышленный лов астраханской воблы неуклонно падает — с начала прошлого века, по некоторым оценкам, он снизился в 100 раз. В том числе из-за пожаров.
Не щадят поджигатели и пернатых. В разное время года здесь живёт и кормится 300 видов птиц. Каждый четвёртый считается редким, а некоторые, вроде белых журавлей — стерхов, — под угрозой полного исчезновения, они занесены в Международную Красную книгу. В ноябре птицы прилетают сюда из северных регионов России — на зимовку. Дельта Волги служит для них перевалочной базой, где можно передохнуть и набраться сил перед продолжением полёта на юг. Но из-за пожаров такая возможность практически исчезает.
Однако критичной ситуация становится весной, когда птицы строят гнезда. Огонь уничтожает целые колонии бакланов, пеликанов и цапель. Согласно данным за 2019 год, из 33 зарегистрированных в дельте реки птичьих "поселений" от пожаров пострадали 10, а 2 — сгорели полностью. Количество погибших синиц, овсянок и других мелких пташек не поддаётся учёту. С подожжённого тростника огонь перекидывается на ближайшие деревья — под угрозой уничтожения оказываются целые лесные районы.
Защищать местность должны лесники, но из-за реформ 2007–2008 гг. в регионе осталось лишь четыре лесхоза, егерей катастрофически не хватает. Кроме того, они находятся в ведении областного правительства, а не Рослесхоза — и не могут рассчитывать на федеральное финансирование. Остаётся уповать на собственные силы и благосклонность регионального МЧС.

Сегодня спасатели имеют возможность не бороться с огнём, если он не угрожает поселениям, объектам экономики или в случаях, когда «прогнозируемые затраты на тушение превышают прогнозируемый вред. В заповеднике о таком положении дел прекрасно осведомлены.
Чтобы пожарную машину послать, проходят через многочисленные согласования. Мы их просим: не тушите, привезите воду, когда заканчивается. Техника у нас есть. Но пока едут. Когда видят, что могут потушить, они тушат. Но это считается нарушением.
Галина Замятина, замдиректора по охране Астраханского заповедника.
Эксперт убеждена: обойти ограничения можно, если создать при астраханском управлении МЧС особое подразделение для тушения природных возгораний с соответствующей техникой и обученным составом. Уже несколько лет эту меру предлагают региональной комиссии по ЧС. Чиновники отказываются.
Так как горят острова, к очагам трудно подобраться. Достаточно небольшого ветра, чтобы огонь перекинулся на огромную территорию. Конечно, хотелось бы больше техники.
Анонимный член пожарно-спасательного отряда МЧС
На наш официальный запрос противопожарное ведомство отвечает: "Количество пожаров снижено на 13% (4218 против 4849), в том числе пожаров без материального ущерба (загораний сухой растительности, камыша и мусора) на 18,3% (3333 против 4079)".
