Боня вместо Дугина?
Я СОГЛАСЕН!

Появление Виктории Бони в новом амплуа —
большой прогресс для русского народа. Жанр
«правдорубства» позорный, эстетически
отвратительный. Если это жест отчаяния —
другой вопрос, а остальные «видеообращения»
до недавнего времени невозможно было
смотреть, не хватаясь за голову. Помните
идиотскую пасту про «рынду» в 2010-м? Тогда
в России горели торфяники — и некто написал
бойкий текст, что раньше, мол, была рында,
в неё звонили, приезжали старые-добрые
советские пожарные, и ничего не горело,
а точнее, всё тушили. Всё это было забавно
ровно до того момента, как текст не подняли
на щит и не превратили в нечто вроде народного
манифеста, обличающего пороки современности.
Тогда же нашёлся автор, а может, его
и назначили, которому понаписали
черномырдинских острот, завели блог, стали
звать на какие-то выступления вместе
с крупными политиками. Слава богу, шоу
продолжалось недолго. Живой журнал автора
текста про «рынду» позорно кончился какой-то пьяной галиматьёй и канул в лету вместе с идиотскими шутками над очень смешным словом «рында». Наспех учреждённая премия «Рында года» обернулась постыдной страницей в биографии её лауреатов.

А не хотите ли видеообращения к президенту (никто ниже по должности этих людей не интересует, «буду разговаривать сразу с верховным», «у себя?») со стороны возмущённой общественности? Во главе видеообращающихся — женщина ±50 с глазами на мокром месте и злым лицом. Рядом — несколько «подружек», столь же скорбных и неприятных. По бокам для политкорректности — «мужчины»: какие-то затюканные лузеры в обносках. Для убедительности — несчастные дети, согнанные, чтобы отказать было как-то неудобно (хотя всё равно откажут, а точнее и не заметят благородных страданий несчастных деток). Одеты похуже, чтобы произвести впечатление крайней нужды. «Обращение» говорится умоляющим тоном, связано с тем, что в какой-нибудь глубинке (я со всем уважением и почтением) обещали построить детский садик, но что-то пошло не так. Помогло ли хоть когда-нибудь что-то подобное — не знаю. Будь я ребёнком, я бы постеснялся ходить в детский садик, построенный по результатам успешных унижений на камеру.

Правдорубством мучился даже весьма и весьма достойный, внешне иконоподобный, и, несмотря на противоречивые оценки современников, бесспорно легендарный мужчина, в котором живут огонь и страсть, — Игорь Иванович СТРЕЛКОВ! И до начала СВО, и во время неё, до самого своего ареста, на аудиторию в несколько десятков, а затем и несколько сотен тысяч человек, русский офицер с белогвардейской харизмой изволил говорить вещи, которые никак не ждёшь от человека подобного уровня. Мол, кто бы мог подумать, чиновники, ишь-ты поди ж ты, воруют, надо же! А вот дочь генерала — у неё пять бизнесов, это что же получается, генерал становился генералом, чтобы его дочка бизнесами владела, а не натирала полы в Макдоналдсе*?

СТРЕЛКОВ! Игорь Иванович — организатор обороны Славянска, звезда 2014 года, офицер, реконструктор и писатель, впоследствии вошёл в раж и за 10 лет наговорил-таки на статью. Что характеризует этот факт — личность самого СТРЕЛКОВА или то, что произошло со свободой слова в России за эти 10 лет, нас в этом тексте не волнует. Нас волнует то, что тогда, в 2016 году, 25 января, Игорь Иванович СТРЕЛКОВ организовал комитет, который так и назвал — Комитет 25 января. Собрал туда всех «несистемных» патриотов, половину из которых сразу начали преследовать. Французский писатель Лимонов с французским же изяществом поспешил покинуть этот цирк (про который за пару недель до того высказывался в том смысле, что «не имеем морального права быть вне комитета, история и потомки нам не простят», демонстрируя тоже французский политический радикализм), опубликовав напоследок чувственный фрагмент личной переписки с Игорем Ивановичем СТРЕЛКОВЫМ! Так вот, одной из интуитивно понятных задач «комитета» было «говорить правду о ситуации в стране. В телевизоре, мол, врут, а мы не будем». Ну и ну!

В «комитет» вошёл тогда и Егор Просвирнин, главный редактор журнала «Спутник и Погром», в него я писал. Делать что-то чрезмерно серьёзное, будучи основателем журнала с названием «Спутник и Погром», — преступление против стиля и здравого смысла, но Егор пытался, и даже — да простит ему Господь это, а следом и прочие прегрешения против стиля и здравого смысла — участвовал в заседаниях того самого «комитета». Это было настолько невыносимо, что я на какое-то время покинул любимый журнал. Следом я покинул и любимый город — Москву, чтобы переехать в ещё более любимый впоследствии Санкт-Петербург, снять там квартиру на Васильевском, напротив завода меховых изделий, и через некоторое время снова начать писать в любимый журнал. «Комитет» к тому времени фактически развалился, а мы взрывали танцпол. Однако знаете что? Ныне существует сайт «Комитет 25 января», где даже публикуются какие-то новости и материалы. А что осталось от «Спутника и Погрома», кроме меня? Ничего. Однако легендарен именно «Спутник и Погром» — мы, слава богу, делали шоу, а не «писали правду».

Ресторан Макдоналдс* признан в РФ нежелательным 
и переименован во «Вкусно — и точка» с началом СВО.
Тогда же в Телеграме начал набирать популярность
канал «ZVерства и тОчка». То были времена, когда
«сеточки» ещё не сожрали всё на свете и появлялись
яркие независимые медийные проекты, сделанные,
как и всё лучшее в этом мире, из хулиганских
побуждений. Ещё до начала эры нейросетей
в «ZVерствах»публиковались яростные материалы национально-
патриотического толка от лица владельца канала, а также его девушки — часть публики считали её вымышленным персонажем и тульпой, а другие веровали в её существование. Девушку звали Моника, это была нацболка с опытом посещения зоны боевых действий, танцовщица, жгучая роковая брюнетка миниатюрной, но сочной комплекции, каждый вечер радовавшая аудиторию фрагментами своих зажигательных танцев или эротичными снимками, а каждый день — не менее возбуждающими публицистическими заметками. Параллельно эта роковая леди крутила роман с неким Андреем Фунтом и ядовито отзывалась о хейтерах. Злые языки продолжали поговаривать, что Моника — вымышленный персонаж, а картинки с ней — фотожабы или видео другой реальной танцовщицы, участницы танцевального шоу на ТНТ. Зверства опередили своё время, до массового внедрения понятия «нейрослоп» оставалось три года.

Проект был абсолютно отбитым и великим — это социальная сатира на несколько голов выше любого Саус Парка. Уже тогда было ясно, что подобное безумие долго не продлится, несмотря на талант создателей.

Однако среди прочего «ZVерства» продемонстрировали важнейшую вещь: нет никакого смысла читать какого-нибудь Холмогорова, Дугина или Ольшанского, если есть Моника. Зачем нужны грустные, необаятельные, плохие шоумены, если всё те же мысли, что пытаются бормотать они, блестяще излагает в куда более приятной манере роковая женщина в стрингах, танцующая латинские танцы. И плевать, что кто-то считает её вымышленной, — ведь подавляющее большинство публики и Дугина никогда не увидит, и поэтому — что Дугин, что Моника, просто абстракции, существующие по ту сторону экрана. А если так — то кто же тогда предпочтёт Дугина, если есть Моника?

И кто предпочтёт Дугина, если есть Боня? Несчастный после её выступления написал какие-то свои сложносочинённые мысли — вроде полтора абзаца, но Дугин настолько монструозен, что у него и в полутора абзацах может быть ничего не понятно, если он захочет. Было ясно лишь, что мужчина ропщет. Журналист Свят Павлов, проанализировав этот абзац (полтора), посетовал на то, что Боня в социально-политической иерархии в РФ стоит выше Дугина. Но, по-моему, это два шоумена, и Боня, конечно же, куда сильнее в этом качестве (я со всем уважением и почтением к великому Александру Гельевичу). Храбрый военкор Дмитрий Стешин тревожился, что тезисы Бони подхватило Британское телевидение, а от англичан не следовало бы ждать ничего хорошего. Не знаю, как это комментировать. Другие отзывы о выходке Виктории чаще всего ещё более абсурдны — так, большинство пытается анализировать её выступление на полном серьёзе и дискутировать, оспаривая одни тезисы и выражая согласие с другими.

На самом же деле главный итог выступления Виктории Бони такой, что с властью, наконец, говорит не унылый правдоруб, а звезда телешоу «Дом-2». Кто теперь помнит, кстати, само телешоу «Дом-2»? Кто его обсуждает? Да никто. Даже Ксению Собчак теперь если кто и знает, то по унылым токсичным интервью, где она корчит из себя умную, а не как злую и недалёкую ведущую самого великого реалити в истории человечества. Вот. А Виктория Боня — актуальна, её обсуждают. У неё хорошая попа, кожа и фигура в 47 лет, и она записывает видосики в стиле «Алё, такси! У вас там всё нормально? Я машину на минуту больше прождала! Минута лишнего ожидания? Серьёзно? Это у вас комфорт-плюс? Вы там в порядке ваще?» Только вместо такси — великое государство, поэтому Боня сдерживается и ведёт себя солидно, основательно.

Кому это кажется несерьёзным — те просто не уяснили ещё, что государственная политика для людей ХХI века и не может быть серьёзной. Серьёзность — это наезд и варварство. У топ-стран всё происходит легко, изящно, их политическая жизнь — большое рок-н-ролльное надувательство, операция «Эпическая ярость». Лохи — поигрывают мускулами и желваками на сложных щщах и возмущаются, что видеообращения с требованиями к властям записывают ухоженные эскортницы, а не унылые климактерические дуры с доски почёта. Первые всегда выиграют у вторых — за ними правда жизни, а потому факт, что нашумело в России именно обращение Бони, говорит о том, что будущее России — прекрасно. Говорят, уже и Айза — бывшая жена рэпера Гуфа (а чего добился ты?) — подтянулась! Вот и славно! Устами младенца глаголет истина, а устами таких женщин «Наболевшие и Накипевшие Вопросы» к властям звучат хотя бы мило. Можно даже досмотреть до конца.

Автор: Андрей Никитин